Градский прииск: золотые ямы, тени репрессий и таинственное название.

Еще один интересный сюжет из последнего сборника «Гороховские чтения» раскрывает тайну названия поселка в Курчатовском районе – Градского прииска.

Трудно поверить, но когда-то здесь кипела золотодобыча, а в 1990-е годы в заброшенных шахтах здесь же – на Золотой горе – нашли останки жертв сталинских репрессий — золото в этих местах давно сменилось совсем другой, трагической памятью.

Само слово «прииск» вроде бы объясняет многое, но вокруг названия поселка давно сложилась легенда. По распространённой версии, Градский прииск назван в честь некоего немца, владевшего тут шахтами. Имя его «не сохранилось», документов нет, но история звучит красиво и охотно кочует из пересказа в пересказ. Когда начинаешь разбираться глубже, выясняется, что у этого сюжета нет опоры в источниках — зато есть другая, не менее интересная история с немецкой фамилией.

Исследователи вышли на семейство Гра — мастеров Златоустовской оружейной фабрики, приехавших из Германии ещё в 1810–1820-е годы. Готфрид, Карл, Данило и Абрам Гра точили и полировали клинки так, что их работа шла на лучшие заказы, включая знаменитый комплект «Древнее вооружение» для наследника престола. Во второй половине XIX века их потомки уже числились мещанами Верхнеуральска и занялись золотодобычей: прииски близ Брединского посёлка, Варшавской станицы, целая россыпь Святодуховских, Покровских, Казанских и других участков. Женщины в этой династии тоже входили в дело: Анна Карловна и Мария Антоновна Гра владели собственными приисками. Через соседство и общий бизнес судьбы Гра переплелись с челябинским родом Крашенинниковых — такие родственные союзы были важной частью «экономики золотой лихорадки».

Логично было бы предположить, что и Градский прииск под Челябинском связан с этими самыми Гра: и немцы, и фамилия созвучная. Но документы упрямо говорят об обратном.

В бумагах конца XIX века нашлось заявление от 10 сентября 1889 года, в котором владелец местного прииска, верхотурский купец Павел Евсеевич Ципляев просит присвоить своему участку название «Градский». Никакого таинственного немца безымянного, никакой потерянной фамилии — есть конкретный купец и его выбор.

Судя по всему, Ципляев подчёркивал близость прииска к «граду», то есть к городу, в отличие от отдалённых участков, в документе так и описывается участок:

…на землях Оренбургского казачьего войска Челябинской станицы, шершневского поселка около 1.5 версты около дороги из гор. Челябинска в станицу Кременкульскую…

От золотого промысла здесь остались насыпи, заброшенные выработки и топоним, который пережил и сам прииск, и XX век. Когда Челябинск стал расти в сторону Северо-Запада, посёлок Градский прииск постепенно слился с городской застройкой, а рядом выросло крупное кладбище. Сегодня для многих это просто странное название на табличке, но за двумя словами — целый слой истории: и золотая лихорадка рубежа XIX-XX веков, и страшные находки в шахтах, и судьбы золотопромышленников, чьи фамилии ещё недавно были у всех на слуху.

На фото: заявление верхотурского купца П. Е. Ципляева о наименовании принадлежащего ему золотого прииска «Градским» от 10.09.1889, ОГАЧО.

По материалам В. Г. Демакова, В. В. Поздеева, М. В. Сазыкина.