Мрачный вокзал Старого Челябинска как главный герой дореволюционных фотографий.

На горизонте показываются какие-то постройки: станционное здание и вокруг него широко раскинувшийся городок — это Челябинск. Воспоминания Алисова С. П., 1903 год.

К моменту прибытия первого поезда каменный вокзал, судя по всему, еще не был введен в эксплуатацию. Исследователи предполагают, что кирпичное здание открылось вскоре после прибытия первого поезда — той же осенью 1892 года. До этого пассажиров принимал небольшой деревянный временный вокзал, облик которого можно представить по сохранившемуся рисунку.

…Хотя рельсы уложены и поезда (рабочие) доходят до Челябы, работы остаётся ещё много. Железнодорожный вокзал (кирпичный, в 12 окон по фасаду), паровозное депо (из тёсаного камня), водокачка - для всех этих зданий возведены только стены… Газета «Екатеринбургская газета». 1892 г. N 28.

Кирпичное здание челябинского вокзала было выстроено по типовому проекту. При этом, как отмечает историк Николай Антипин, начальник участка строительства, инженер К. Я. Михайловский разрабатывал проекты каждой станции ветки сам, с учетом местных условий. Благодаря этому вокзалы на линии получились похожими, но не безликими: до наших дней дошел, например, вокзал поселка Сулея, станции Вязовая и еще целый ряд инженерных сооружений той же эпохи.

Изначально челябинский вокзал представлял собой небольшое одноэтажное здание. Фотографий его первоначального вида не сохранилось. По воспоминаниям современников, наиболее близко тот первый облик передает рисунок Павла Пясецкого 1895 года.

Уже в 1896–1898 годах, здание расширили: к нему с северной и южной стороны пристроили два крыла.

Внутреннее устройство перестроенного вокзала было продумано довольно рационально. В левом торце располагалось почтовое отделение, в центре — багажное отделение, а рядом с ним — зал для пассажиров 1-го и 2-го классов с рестораном и кассой. В правом крыле находились помещение дежурного по станции и зал ожидания для пассажиров 3-го класса с отдельной кассой.

Челябинский вокзал с первых лет работы приобрел громкую славу — и, увы, не самую лестную. Даже после реконструкции помещений всё равно не хватало.

Челябинский вокзал с самого своего основания был притчею во языцех, и по тесноте, грязи, вопиющим неудобствам для пассажиров ему не было равного на всех дорогах. В 1898 году вокзал расширили, здание значительно удлинили, но помещения все же далеко не достаточно для того огромного числа пассажиров, которое здесь скопляется. Путеводитель по Уралу, изд. в г. Чекан, 1902 г.

При этом по техническому оснащению станция выглядела вполне достойно. После реконструкции в правом крыле здания разместился телеграф, а еще через несколько лет к телеграфной конторе добавился телефонный коммутатор МБ на 100 номеров, который обслуживал всю станцию: для своего времени это была весьма современная техника.

Кроме того, с 1907 года на вокзале появились электрические фонари.

Постепенно вокруг станционного здания сложилась привокзальная площадь — одна из первых «современных» городских площадей Челябинска конца XIX века. Вокзал стал ее архитектурным и смысловым центром, местом, через которое город встречался с огромным внешним миром.

Можно провести аналогию: будущая четвертая часть города (проще говоря, привокзальный городской район) развивалась во все стороны именно от вокзала как от доминанты таким же образом, как вокруг Христорождественского собора вырос центр или вокруг Троицкой церкви – Заречье.

Неудивительно, что вокзал Челябинска – «Ворот в Сибирь» – стал чуть ли не самым фотографируемым зданием до революции: известно более трех десятков снимков тех лет и несколько рисунков (здание изображено также на одной из старейших открыток); с вокзалом даже не сравнится упомянутый кафедральный собор.

Еще один штрих к образу станции — буфет. Поскольку вокзал находился в двух километрах от города, уже в XIX веке здесь открыли буфет: чего-то более «солидного» вроде ресторана просто не требовалось — пассажиры редко выбирались в город во время пересадок.

Несмотря на то что дозволение на открытие буфета было выдано не городскими властями, а Управляющим железной дорогой, буфет ст. Челябинск исправно платил трактирный сбор именно в доход города и давал существенную часть этих поступлений. Так, из назначенных в 1914 году к выплате 8500 рублей трактирного сбора за все челябинские заведения 2500 рублей приходилось именно на вокзальный буфет. При этом сам буфетчик ранее заплатил более 10 000 рублей за право торговать на станции, так что его раздражение по поводу дополнительных выплат нетрудно представить.

Однако ни буфетом, ни самим вокзальным комплексом жители и приезжие не были довольны. Теснота, грязь, сквозняки и отсутствие нормальных условий для пассажиров описывались в воспоминаниях почти хором. Особенно тяжелое впечатление производили открытые платформы, где люди буквально жили в ожидании своих поездов.

Мрачный, казарменного типа вокзал со скверным буфетом. Тесно, неуютно, многочисленные пассажиры, сидя на сквозняках, с примерным терпением ждут нужных им поездов. На открытых платформах лежат вповалку крестьяне, оборванные, износившиеся. Они чего-то ждут, ждут, видно, подолгу. Какие зрелища! Заботливые матери ищут насекомых в головах сыновей и на глазах пассажиров предают жестокой казни отравителей их спокойствия. Воспоминания Левдера Н. Н., 1909 г.

По масштабам пассажирского движения станция поражала воображение современников. Отмечалось, что челябинский вокзал нередко пропускал за месяц транзитный поток людей, численно превосходивший население самого города. В немалой степени это объяснялось еще и работой близлежащего Переселенческого пункта.

Посетившему в 1909 году Челябинск музыканту Гартевельду челябинская станция запомнилась как растревоженный улей — место, где сталкиваются и перемешиваются самые разные люди:

Публика тут удивительно разношерстная. Евреи, в основном, комиссионеры по хлебным делам, русские, переселенцы, ссыльные, кавказцы, киргизы — все давят друг друга, курят, выпивают и почти все время смеются… Даже извозчик первым делом спросил: не отвезти ли гостя, где повеселее?

Журналистка Нечаева в том же 1909 году отмечала, что челябинский вокзал буквально наводнен пассажирами: в день сюда могло прибывать до 15 000 человек, не считая тысяч переселенцев. Разместить такую массу людей небольшое станционное здание, конечно, не могло, а хронические опоздания поездов только усиливали толчею и хаос.

По оценкам современников, к началу Первой мировой войны вокзал уже окончательно перестал соответствовать реальному пассажиропотоку. Вновь и вновь поднимался вопрос о строительстве нового здания — но решен он будет лишь много десятилетий спустя, когда в 1965 году появится нынешний ж/д вокзал.

В районе станции, разворачивались и события общероссийской истории. Именно недалеко от челябинского вокзала произошел знаменитый Челябинский инцидент с чехословаками, с которого во многом началась Гражданская война в России. Здесь же позже, в годы Челябинского сражения, одним из ключевых эпизодов стал захват вокзала восставшими большевиками.

В 1935 году помещения дореволюционного вокзала существенно расширили: надстроили второй этаж. В этом облике мы видим бывший вокзал и сегодня (ул. Привокзальная площадь, 1/3), в настоящее время он по-прежнему используется железнодорожными службами.

Впрочем, 133-летнее здание до сих пор лишено официального статуса памятника и формально не имеет исторической, культурной или какой-либо иной ценности. Некоторая охрана распространяется лишь на окрестности станции как на достопримечательное место: где-то здесь в 1917 году был убит Е. Л. Васенко (может это и не факт), а 24 июля 1919 года развернулись упомнянутые бои за вокзал между красными и белыми.

На фото: 1. план вокзала, из архива Ю. В. Латышева, 2-3. открытки, 1895 г., оттуда же, 4. 1903 г., оттуда же, 5. 1904 г., оттуда же, 6. 1904 г., ЦИКНЧ, 7. 1908 г., ГИМ ЮУ, 8. 1909 г., из архива Ю. В. Латышева, 9. 1910 г., оттуда же, 10. 1913 г., ГИМ ЮУ, 11-14. нач. ХХ в., ГИМ ЮУ, 15. нач. ХХ в., ЦИКНЧ, акварель Ю. Данилова, 16. ок. 1916 г., из архива Ю. В. Латышева, 17. нач. ХХ в., ЦИКНЧ, 18. из архива Ю. В. Латышева, 19. 1918 г., оттуда же, 20. Л. Жувак, из фондов музея ЮУЖД.

По материалам М. И. Альбрута, Н. А. Антипина, В. С. Боже, О. В. Вепрева, В. А. Весновского, Л. Ю. Вознюк, М. Е. Воронковой, Л. В. Каменской, Ю. В. Латышева, С. А. Лоскутова, В. В. Лютова, Н. Я. Шуклиной, а также ОГАОО (Ф. 15. Оп. 1. Д. 133), ОГАЧО (Ф. И-1. Оп. 1. Д. 6957).