Как Челябинск украл ярмарку у монастыря: история Никольской ярмарки.

Перелом попытались устроить сверху. В 1743 году выходит указ Сената:

По неже де при новых крепостях, особливо именно в Челябинской, яко в главной немалая потребность есть, завести купечество и всяких ремесленных людей, того ради Исетской провинциальной канцелярии иметь старание на основании именных указов для поселения в крепостях, наипаче в Челябинске, достойных и пожиточных купцов и ремесленников приласкать.

Формально городу как бы дарят право на ярмарку, но в реальности в 1760-е годы здесь по-прежнему нет ни одной настоящей ярмарки – только гостинный двор и базар.

В декабре 1767 года воевода И. Лазарев приезжает в село Николаевское при старинном Далматовском монастыре (ныне – Курганская обл., г. Далматово) и спрашивает, не хотят ли торговые люди перенести ярмарку в Челябинск: «…не будет ли им от переведения той ярманги в Чилябинск каких неполезностей и в торгу умаления?» По его словам, «…де все они согласны к переезду той ярманги в Чилябинск, желание объявили».

В марте 1768-го выходит указ Оренбургского губернского правления: Николаевскую ярмарку «торгом на всегдашнее время перевести в Челябинск».

Но на деле народ упирается: место менее выгодное, монастырь не хочет терять доходы, и еще долгие годы власти буквально выдавливают торговцев из Николаевского.

В те годы в Челябинске еще нет фабрик и крупных промыслов, стационарная торговля развита слабо, и ярмарки становятся единственным шансом закупиться всем нужным. Два раза в год – в мае и декабре – огромная торговая площадь города (ныне – пл. Искусств) застраивается «балаганами», временными лавками для приезжих; тогда она простиралась от нынешней ул. Цвиллинга и даже за ул. Елькина. На этом пространстве зимняя Никольская ярмарка превращается в главный зимний рынок всего округа.

Как показала история, месяц был выбран удачный. В конце XVIII столетия ярмарку перенесли на январь и вся зимняя торговля фактически разваливается, город переживает общий упадок.

Но в начале XIX века ярмарочная жизнь снова идет в гору. В одном из описаний 1810 года прямо сказано:

В городе сём бывает в году две ярмарки: первая мая 9-го, а вторая — декабря 6-го числа.

То есть зимняя Никольская ярмарка уже прочно вписалась в городской календарь.

Решающим становится 1830 год, когда в Челябинске официально закрепляют целых три ярмарки: - весеннюю Никольскую, - осеннюю Ивановскую - и зимнюю Никольскую – с 5 по 8 декабря (позже срок растянут до 10 дней).

Зимняя ярмарка приходится аккурат на начало зимних дорог. К этому моменту она уже специализируется: сюда везут меха и шубный товар, овчины, готовое теплое платье, соромное масло, бакалею и, конечно, лошадей. На цифрах хорошо видно, что именно зимняя Никольская ярмарка была главной в челябинском ярмарочном цикле. Если в 1842 году общий привоз товаров на ярмарки составлял 117 тысяч рублей при продаже на 43 тысячи, а к 1848 году — уже 128 тысяч и 56 тысяч, то к 1860–1861 годам обороты выросли в 4–5 раз по сравнению с началом сороковых. На этом фоне Никольская (декабрьская) ярмарка уверенно выходит в лидеры: по данным комиссии 1862 года, в 1861 году на неё было привезено товаров на 220 345 рублей, реализовано на 94 501 рубль, тогда как летняя Никольская и Ивановская давали существенно меньшие суммы. В другом отчёте за те же годы приводятся несколько иные показатели — привоз 247 960 и продажа 102 766 рублей, — но и они лишь подтверждают общий вывод: по объёму декабрьская Никольская ярмарка занимала первое место среди челябинских ярмарок середины XIX века.

В 1861 году в пятитысячный Челябинск на зимнюю Никольскую ярмарку съезжается почти 10 тысяч иногородних: «Съезд на Никольскую ярмарку простирался до 9740 человек…» – то есть город буквально удваивается на эти декабрьские дни. Основные статьи торговли – хлеб, рыба, домашний скот, пушнина, кожа и шерсть, мануфактура, бакалея, железо. По ведомостям конца XIX – начала XX века зимняя Никольская ярмарка стабильно показывает высокий оборот: особенно по меховым, бакалейным товарам, посуде, колониальным продуктам и лошадям.

В предвоенные годы именно Ивановская (осенняя) и Никольская (декабрьская) ярмарки оставались самыми доходными: на Никольскую приходится до 90 тысяч рублей оборота при общем ярмарочном обороте около 700 тысяч.

К началу XX века роль ярмарок постепенно размывается: вдоль Сибирской железной дороги одна за другой открываются постоянные склады, оптовые конторы и магазины. После революции ярмарочный торг почти гибнет, хотя в 1922 году его пытаются воскресить по-старому: Никольская ярмарка проходит с 14 по 24 декабря и дает оборот свыше 200 тысяч рублей.

Вскоре зимняя Никольская ярмарка – многолюдный праздник шуб, лошадей и горячего чая среди декабрьских сугробов – исчезает из городской жизни, оставаясь только в отчетах, хрониках и старых воспоминаниях.

На фото: И. Л. Вандышев, из книги «История Южного Урала».

По материалам Н. Н. Алеврас, М. И. Альбрута, Н. А. Антипина, М. А. Базанова, Е. Беловой, И. Л. Дебу, И. В. Жуковского, Е. Зябловского, Т. Н. Кичёвой, Ю. В. Латышева, А. Маштака, В. В. Поздеева, Н. А. Прыкиной, Г. Х. Самигулова, А. Д. Таирова, Н. М. Чернавского, а также ОГАЧО (Ф. И-3. Оп. 1. Д. 286, Д. 376, Д. 673; Ф. П-77. Оп. 1. Д. 468).