10 декабря. Учреждена городская служба ассенизации.

110 лет назад, 27.11 (10.12) 1915 года в Челябинске родилась особая городская служба, о которой обычно не вспоминают в праздничных речах, но без которой невозможен ни один большой город, — общественный ассенизационный обоз. За этой сухой формулировкой скрывается долгая история борьбы с нечистотами, нехваткой денег, лошадей и элементарной санитарией.

Еще до революции на Челябинском переселенческом пункте появилась первая локальная канализация: ее строительство совпало с возведением водопровода и относится к 1911–1912 годам. Но это была отдельная «цивилизованная» зона. В самом городе бытовой канализации не существовало: содержимое выгребных ям вычерпывали и вывозили за город так называемые золотари.

По ведомости 1911 года очистка бочки в 40 ведер стоила 50 копеек, за бочку емкостью 30 ведер ассенизатору платили 40 копеек.

Примечание: 1 ведро = 12.3 л.

В начале XX века на очистку ретирад и помойных ям официально выделялось всего 40 рублей в месяц — явно недостаточно для быстро растущего города.

В 1899–1900 годах вывозом мусора и нечистот занимались частные извозчики и подрядчики, заключавшие договоры с городской управой. Их сил не хватало. 14 января 1900 года город провел торги на подряд по очистке городских боен, общественных ретирад при казармах и на площадях, а также по уборке улиц и площадей. Нашлись два желающих, с которыми, вероятно, заключили контракты. Кроме того, к работе активно привлекали арестантов Челябинской тюрьмы: в 1900 году был заключен договор между смотрителем тюрьмы М. П. Пискуновым и городской управой — арестанты обязаны были убирать площади и отхожие места не реже одного раза в неделю.

К началу Первой мировой стало очевидно, что город нуждается уже не в случайных подрядчиках, а в постоянной службе. Местные власти принимают решение вывоз нечистот арестантами перенести на ночное время, чтобы зловониями не досаждать горожанам (тем более иногда содержимое плохо закрытых бочек выплескивалось на улицу, создавая известный «аромат» на долгое время).

Вопрос о создании полноценной ассенизационной службы впервые официально поставили 3 апреля 1915 года. 5 мая на заседании думы обсуждалось учреждение в Челябинске общественного ассенизационного обоза: признавалось, что санитарное благополучие города невозможно без такой службы, поскольку обывателям крайне трудно организовать правильную очистку выгребных ям. 13 мая вопрос вновь рассматривался, и именно этот день исследователи называют днем рождения первого в Челябинске муниципального предприятия особого назначения — ассенизационного обоза.

Однако лишь определением городской думы от 27.11.1915, наконец, принято решение о создании общественного ассенизационного обоза.

Первоначальные расходы в сумме 30 162 рубля 62 копейки должны были обеспечить вывоз нечистот прежде всего из лазаретов, квартир беженцев и воинских частей. В документах есть путаница с датами: говорится о докладе 5 декабря при заседании от 27 ноября, но по номеру заседания ясно, что гласные собрались именно 27 ноября. Поэтому в историографии возникают вопросы к «точной» дате рождения службы, но декабрь 1915 года можно считать моментом ее окончательного учреждения.

Новая городская служба с первых лет работала на пределе возможностей. Уже в 1915 году ассенизационный обоз обслуживал не только дворы, но и школы. При этом средств хронически не хватало, а городская управа нередко тормозила развитие санитарно-технической инфраструктуры.

К началу 1916 года служба располагала всего десятью железными бочками по шестьдесят ведер каждая.

Революция не принесла мгновенного решения «нечистотного вопроса».

В январе 1918 года газета «Известия крестьянских, рабочих и солдатских депутатов» успокаивала горожан:

При городской управе имеется хорошо оборудованный ассенизационный обоз с полным штатом служащих для исполнения частных заказов. Все заказы исполняются аккуратно. Цены нормальные. Городская управа предлагает гражданам с заказами обращаться непосредственно в управу — письменно и по телефону. Обоз выполняет работы по очистке выгребных ям и дворов.

На деле эффективность обоза серьезно снижала нехватка лошадей.

Протокол комиссии по санитарному состоянию города от 21 сентября 1919 года фиксирует реальную картину:

Скопление нечистот в ямах объясняется недостатком лошадей у городского ассенизационного отряда, в котором имеется только 15 лошадей городских и 25 вольнонаемных.

По расчетам заведующего городским отделом, для нормальной очистки необходимо не менее 80 лошадей. Комиссия предлагает идти на принудительные меры, мобилизуя и лошадей, и людей для «генеральной чистки» города.

В начале 1920-х годов служба по-прежнему страдает от нехватки лошадей и фуража: вместо необходимых 1 500 бочек нечистот в день вывозится лишь около 700. В 1924 году обоз насчитывает 54 лошади. Официальные планы середины 1920-х исходили из необходимости вывозить около четырех тысяч бочек в месяц, но фактически во втором квартале вывезли 11 904 бочки, и, по оценке исследователей, к концу нэпа внутри города оставалось до 28 % всех производимых челябинцами нечистот. Улицы «утопали в грязи, были полны мусора и навозных куч», санитарное состояние Челябинска признавали неудовлетворительным. Показателен газетный штрих 1921 года:

На Рабоче-Крестьянской улице (ныне – Кирова, прим.) против Народного дома есть клозет, но он настолько загажен, что в него даже трудно пройти. Судя по тому, что это происходит на главной улице Челябинска, приходится думать, что весьма незавидное положение в таких местах и в других концах города. Горкомхозу пора давно бы обратить на это серьезное внимание.

К началу 1930-х кризис только обострился. Челябинский горсовет прямо признавал полную несостоятельность ассенизационной службы: «Ассенизационный обоз не удовлетворяет самым элементарным запросам города».

В другом отчете уточнялось:

Ассенизационный обоз при 110 лошадях имеет возможность вывезти нечистот на каждого жителя в год только 0,8 бочки, или 290 литров, вместо принятых норм в 10 бочек, или 3 600 литров.

Несмотря на то, что первая автоцистерна появилась в Челябинске в 1937 году, классический ассенизационный обоз XIX века — бочки на конной тяге — продолжали использовать вплоть до 1954 года, а лошади на вывозке нечистот работали до 1958-го. В воспоминаниях современника читаем:

– Приезжала — обычно рано утром, чтобы никого не потревожить, — машина со шлангом. А я застал еще время, когда не машина приходила, а лошадь с бочкой и черпаком на палке. – Куда вывозили нечистоты? – В район ресторана “Ялта” и швейного цеха. Там сливали, но не в реку.

У ассенизационного обоза были и свои руководители: с 21 мая 1915 по 14 марта 1917 года заведующим был Филипп Иванович Косов, затем до 26 февраля 1919 года — Федор Владимирович Хальников, с февраля по сентябрь 1919-го — Зосим Алексеевич Колотовкин, а с 1 сентября 1919 по 6 марта 1922 года — Федор Александрович Львицын. На их долю пришлись война, революция, разруха, голод и хронический дефицит ресурсов.

Проблемы оснащения и недофинансирования сохранялись еще многие десятилетия, но именно решения 1915 года превратили вывоз нечистот из случайного заработка извозчиков и арестантских бригад в дело городской ответственности.

На фото: 1. памятник ассенизационному возку, из книги «Челябинскому водопроводу 105 лет», 2. вид обоза, из книги «Челябспецтранс: 1915-1995. Рождение и дорога жизни», 3. ассенизационный обоз у бани на Переселенческом пункте, оттуда же, 4-5. ОГАЧО, предоставлено Д. Г. Графовым, 6. определение ЧГД о возбуждении ходатайства о выдаче ссуды на устройство ассенизационного обоза, 27.11.1915, ОГАОО (Ф. 15. Оп. 1. Д. 257. Л. 138-139), 7. автоцистерны треста очистки, из архива Ю. В. Латышева.

По материалам Л. Азаровой, Н. А. Антипина, М. А. Базанова, Г. А. Гончарова, Д. Г. Графова, Г. Н. Ивановой, В. К. Криворучко, Г. Х. Самигулова, А. Д. Таирова, Б. В. Федорова, В. А. Шевченко, И. С. Янгировой, а также Портала «Челябинская область», ОГАОО (Ф. 15. Оп. 1. Д. 85, 257, 344), ОГАЧО (Ф. И-3. Оп. 1. Д. 1099, 1239; Ф. Р-363. Оп. 1. Д. 3; Ф. Р-98. Оп. 1. Д. 1665).