−48,3°С: абсолютный минимум, который город запомнил навсегда.

Сегодня в Челябинске лютый мороз — время вспомнить хронику самых низких температур, когда-либо зафиксированных в нашем городе.

В архивных документах находим сведения о разбирательстве, имевшем место зимой 1926-1927 гг., когда жильцы бывшей Перцевской усадьбы (на углу Цвиллинга и Коммуны) из-за тяжёлого материального положения украли и сожгли деревянные части надворных построек — крышку погреба, полки сарая и части колодца. Пугает здесь даже не «кража», а логика нужды: если на улице страшный мороз, а в доме нечем топить, на дрова начинает идти само пространство жизни — сарай, погреб, колодезный сруб, то есть всё то, без чего хозяйство вообще-то не держится.

При этом зима 1926–1927 годов не отмечается исследователями как аномально холодная. И это важная поправка: иногда крайняя беда рождается не из рекордных минусов, а из сочетания обычного мороза и пустых запасов. Челябинская «страшная зима» нередко начиналась не с цифры на градуснике, а с того, что в печи нечего было класть.

Но если говорить именно о морозах как о стихии, город помнил и настоящие ледяные удары.

Известен конец декабря 1900 года, когда горожане буквально насмерть замерзали на улице.

Снежные бураны, бывшие с 12 по 21 декабря в Троицком, Челябинском уездах, с сильными морозами, …наделали очень много бед. Уже сейчас насчитывается несколько замерзших трупов. Масса людей обморозила руки, ноги… Дореволюционная газета.

Из мемуаров К. Теплоухова мы узнаем о диких морозах в январе 1921 года:

16 января. Привезли уголь — плохой, много земли, — усиленно топим. Утром было −41° С, вечером −40°, в комнатах +14°. Мечтаем о своём хуторе, читаем книги по сельскому хозяйству. 18 января. Володя взял заказ шить обувь Казанцеву из Шугаева — за три пары деревенских ботинок и ремонт сапог пуд овса и 400 000 руб. Оля сообщает, что в их партийной школе — ад — от холода и голода. Лебеда на базаре — 300 000 руб. пуд. 19 января. Крещение. Температура −36°, давление барометра 768,1 мм, а за прошлый год максимум давления — 753 мм. По случаю праздника пили остатки настоящего кофе с сахарином и вместо хлеба — три миски пшённой каши. За день в двух печах сожгли восемь вёдер угля и два ведра навоза, но печи нагрелись плохо: уголь наполовину — глина. Оля получила письмо от Бори из Екатеринбурга: много народу замерзает в пути в вагонах, даже в зале III класса; он видел на вокзале несколько трупов.

В феврале 1922 температура упала до −39°. Теплоухов упоминает, что каждый день подбирали замёрзших:

Опять холода: 15 февраля −33°; 16-го −37,5°; 17-го −35°; 18-го −39°; 19-го −31°; 20-го −28°. На улицах почти ежедневно подбирают замёрзших; на берегу Миасса — два квартала от моста — нашли целую семью башкир.

А представьте, какой страшной была зима 1907 года, когда в январе в Челябинске была зафиксирована рекордно низкая температура −45,4°.

Через семьдесят лет – 01 января 1979 года – в городе был зарегистрирован современный абсолютный минимум: −48,3° (по другим сведениям −49°).

По отдельным фиксациям видно, что морозы заходили в Челябинск волнами — и каждая такая волна оставляла след в памяти. 1904 −40,0°; 23.01.1907 −45,4°; 16.01.1921 −41,0°; 10.03.1929 −40,0°; 16.02.1951 −40,0°; 31.12.1978 −47,9°; 01.01.1979 −48,3°.

Челябинский мороз — это всегда проверка на запас прочности, причём не только термометра, но и хозяйства, соседской взаимовыручки и простой человеческой удачи. Он быстро расставляет всё по местам: у кого есть запас и плечо рядом — тот выстоит, у кого пусто и одиноко — рискует не дотянуть до оттепели. Поэтому каждый такой день напоминает о главном: в городе должно быть тепло не только в домах, но и в серцах людей.

На фото: мельница Петрова-Полякова, зима 1907 года, К. Теплоухов, colorized.

По материалам В. С. Боже, А. Б. Гуськовой, И. С. Егурной, В. Б. Калишева, а также ОГАЧО (Ф. Р-179. Оп. 2. Д. 198).