День челябинской почты: что произошло 12 февраля 1798 года.

Мы уже говорили о самых ранних шагах почтовой связи в Челябинске: о гонцах, опасных дорогах и редких отправлениях. Сегодня поговорим о моменте, когда почта наконец оформилась в полноценное городское учреждение.

Еще в 1750 году в Челябинске уже была введена регулярная почта и создано почтовое правление. Однако к концу того же XVIII века государство начало всё жёстче перекладывать тяжесть почтового содержания на местное население.

Так, в январе 1797 года содержание почтовой гоньбы по трактам официально стало общественной повинностью: горожане и сельчане должны были либо носить почту по очереди, либо нанимать постоянных ямщиков. Это решение меняло всё: почта становилась не делом «отважных одиночек», а обязанностью, встроенной в жизнь губернии.

Наконец, 128 лет назад, 01 (12) февраля 1798 года, была учреждена полноценная городская почтовая служба.

По докладу городского головы, хорунжего Герасима Мельникова, «Собрано спешно на устройство почтовой станции с челябинских казаков… с 606 душ 43 рубля 55 копеек». Другие свидетельства при этом описывают более масштабный сбор — «с шестисот с небольшим рублей», на которые и построили почтовую станцию: избу-пятистенку и тёплые, с сеновалами, конюшни для ямских лошадей. Важнее самого числа здесь даже не сумма, а факт: город и его служилое население в кратчайший срок собрали средства и буквально «поставили почту на ноги».

У новой службы появились конкретные люди и конкретные роли. Старшим смотрителем назначили отставного сержанта Михаила Белясова, казначеем — старшину Евсея Денибекова, оператором — Василия Жуковского, того самого известнейшего челябинца, который победил сибирскую язву и жил в доме с мезонином напротив собора.

Сначала В. Жуковский принимал подряды на почтовую службу, а затем и его дочь, Александра Покровская, также содержала почтовую гоньбу. Почтовое дело в провинции вообще нередко оказывалось «семейным промыслом», а иногда — и женским ремеслом: известно, что в марте 1871 года почтовой станцией заведовала жена чиновника Кобелькова.

Содержание службы обеспечивалось подушным налогом — по 20 копеек с «души мужского роду».

Для сравнения, в то время на эти деньги можно было купить: - одного тщедушного поросенка, - 4 кг говядины, - 8 кг ржаной муки, - 64 кг сена - или 5 м³ дров.

Работа станции была во многом стандартизирована. Составили расписание, предписывающее доставлять почту из Оренбурга в Челябинск через Уйск, Троицк и Еманжелинск. На почтовых дворах этих пунктов корреспонденцию не просто передавали дальше: её дооформляли, осматривали, распределяли по направлениям. Почтари умели обращаться и с бумагой, и с сургучом, и с орешковыми чернилами, и с упряжью.

Даже требования к ямщикам прописывались не как формальность: крепкого телосложения, не моложе 16 и не старше 40 лет, с обязательным красным кушаком и епанчой — плащом без рукавов.

Нормировалась и нагрузка: зимой на пару лошадей полагалось 12 пудов груза (192 кг), летом — 4 пуда (64 кг). А ежедневные маршруты связывали Челябинск с ближайшими селениями: Баландино, Казанцево, Долгодеревенское, Першино.

С 1798 года городская почта перестала быть редкой удачей или личной инициативой. Она стала институтом — со зданием, сбором денег, штатами, расписанием и системой ответственности. И в этом смысле дата 12 февраля — не «почтовая мелочь», а день, когда Челябинск стал ближе к большой стране не в метафоре, а буквально по дороге, по сумке с письмами и по расписанию почтовой гоньбы.

На фото: карта Уфимского наместничества 1791 г. с указанием почтовых трактов (фрагмент), southuralhistory.ru.

По материалам Н. А. Алексеева, Ю. Б. Кауфмана, Ю. В. Латышева, Э. Подтяжкина, Г. Х. Самигулова, Е. П. Туровой, Н. М. Чернавского, а также ОГАОО (Ф. 6. Оп. 7. Д. 149).