Челябинские потешные: как учили строю реалистов.

В марте 1913 года в челябинском реальном училище была организована т. н. «потешная» рота. 23 апреля она впервые промаршировала по случаю дня тезоименитства императрицы Александры Федоровны. Родителям, пожелавшим, чтобы их дети были записаны в эту роту, было предложено заплатить по 2 руб. 10 коп. на погоны, пояс и буквы на фуражки.

Что за «потешные»?

Ещё в 1680-е годы при Петре из царских стольников и других придворных набирали «потешное войско» для воинских упражнений и учений. Со временем именно из этой «потехи» выросла новая армейская дисциплина: будущие гвардейские Семёновский и Преображенский полки начинались как две «потешные роты», преобразованные в 1687 году. Но тогда на этом всё и остановилось: широкого молодежного «потешного движения» не возникло.

В начале XX века к этому символу вернулись уже по другой причине. После 1905 года, на фоне военных реформ и сокращения сроков действительной службы, власти всё острее видели проблему подготовки будущих солдат. Отсюда — попытка приучать к строю заранее, ещё в школьные годы.

08 января 1908 года Николай II распорядился организовать обучение детей строю и гимнастике во всех школах под руководством запасных и отставных унтер-офицеров. Так возникла мода на «потешные роты» — внешкольные или приучилищные отряды, устроенные по аналогии с петровскими «потешными полками», где дети проходили упрощённый курс начальной военной подготовки.

Идеология у этого движения была предельно ясной: патриотизм в самодержавном понимании — служение царю и правящей династии, символам Отечества. На практике это выглядело как строевые занятия и физическая подготовка.

В Московском военном округе «потешные роты» набирали, например, из детей 8–15 лет; занятия включали фронтовые упражнения, гимнастику, игры и прогулки, элементы «разведки» и «сторожевой службы», стрельбу из лука. Во время занятий проводили беседы о России, царе, подвигах «для блага Родины и царя».

Обычно принимали только с согласия родителей. Предполагались знамя, нагрудные значки, деревянные макеты ружей; появлялась и внутренняя система поощрений — погоны, иногда даже «чины». Например, в воспоминаниях М. Залевского есть характерная деталь: будучи гимназистом, он два года состоял в потешных войсках в Петергофе и дослужился до чина ефрейтора.

Потешные подразделения возникали и при более «взрослых» заведениях: упоминался, например, потешный батальон при Московском университете, смотр которого каждую осень проводил военный комендант.

За Уралом к моменту появления потешных в Челябинске уже существовали очаги такого движения — в Томске, Семипалатинске, Омске, Ново-Николаевске.

Но у «потешных» везде была одна и та же слабая сторона: они почти не имели государственного финансирования. Денег учебных заведений и пожертвований часто не хватало на форму и снаряжение; не у всех были площадки и помещения для строевой и гимнастики; не всегда удавалось совместить занятия с реальной службой офицеров, которые брались руководить.

И, конечно, движение стало предметом споров. Нередко общественность критиковала «потешные войска» как казарменщину и муштру в ущерб учебе, как сомнительное расходование средств и способ политического влияния на детей. В журнале «Сибирские вопросы» звучало резко: «Потешные — способ оболванивания детей». В другом тексте формулировка ещё жестче: «Нам нужны образованные юноши, …а не манекены… Нам нужны граждане, а не “потешные” люди с изувеченной душой. Нам нужна истинная постановка воспитания юношества, а …не потеха».

Просуществовали царские «потешные» организации недолго. Впрочем в советское время, под другой идеологией к похожим формам снова вернулись: начальная военная подготовка в школе, нормы «Готов к труду и обороне», массовые спортивные праздники и парады, деятельность ОСОАВИАХИМа и ДОСААФ.

На фото: здание бывшего реального училища (ныне – Красная, 38). Фото Ю. Теуша. Из книги «Челябинск: градостроительство вчера, сегодня, завтра», 1986 год.

По материалам В. Боже, А. Ведерникова, О. Гефнер, В. Змеева, В. Карпекина, С. Новикова, Ю. Паршиной, Л. Степченкова.