Весенний Челябинск: что скрывал снег.

Март 1911 года. Директор Челябинского реального училища пишет в городскую управу почти отчаянное письмо:

…я обращался в управу с просьбой убрать навоз, который навален около здания реального училища, и принять меры к тому, чтобы местность около учебного заведения не обращалась в место свалки нечистот со дворов челябинских домовладельцев. Навоз остался не только не убранным, но навалено еще много нового. Прошу управу без замедления убрать этот навоз, в противном случае я по долгу совести и по долгу службы вынужден буду обратиться за содействием к его превосходительству господину оренбургскому губернатору.

Картина до боли знакомая: весна, сходит снег — и вместе с ним «вскрывается» всё, что копилось зимой. Только сто лет назад главной проблемой был не пластик, а навоз.

Челябинск начала XX века жил в буквальном смысле на лошадях. Гужевой транспорт был основой городской жизни — перевозки, торговля, частные поездки. Каждая лошадь ежедневно оставляла после себя килограммы отходов. В результате улицы, дворы и окраины города быстро заполнялись навозом.

Формально порядок существовал давно. Ещё в XVIII веке предписывалось: «чтоб… навозу и всякого сору в городе… никто не метал… и для того… сор чистить по вся субботы и возить в пристойные места… которые б от жила были в отдалении… и около реки навоз не класть». Но на практике эти правила систематически игнорировались.

К началу XX века проблема стала хронической. В 1908 году власти уже вынуждены были отдельно разъяснять, где можно сваливать навоз:

Ввиду наступления зимнего времени жители г. Челябинска начали производить свалку навоза и грязного снега на реке Миасс и в других непозволительных местах… прошу городскую управу отвести для свалки места…

Однако даже это не помогло.

Прибывший в 1909 году в Челябинск Оренбургский санитарный инспектор Фон Шлихтинг стал свидетелем почти катастрофы:

Определённого места для свалки нечистот не указано, а потому навоз и разные отбросы из города вывозятся и сваливаются во всех направлениях, не исключая даже березовой рощи, потому что определенного места для свалки нет; весь город обложен нечистотами… едкий дым укутывает город…

Причина была простой и вполне «человеческой»: вывозить отходы далеко за город было дорого и неудобно. Гораздо проще — свалить ближе: у реки, за углом, у пустыря или, как в случае 1911 года, прямо у учебного заведения.

Так в городе возникали стихийные свалки — постоянные, сезонные, полузаконные. Весной они «возвращались» вместе с талой водой, попадая в реку Миасс и усугубляя санитарную обстановку. Отсюда — запахи, дым от поджогов, инфекции и высокая смертность.

История с навозом у реального училища — не исключение, а симптом. Челябинск долго жил в режиме, где городские правила существовали на бумаге, а реальная жизнь диктовалась удобством и привычкой. И только постепенное развитие городской инфраструктуры и санитарного контроля смогло со временем изменить эту ситуацию.

На фото: Челябинское реальное училище в березовой роще, нач. ХХ века, из группы ОК «Челябинская старина».

По материалам А. Н. Антипина, Н. А. Алексеева, В. Ю. Башкуева, Д. Г. Графова, В. Деркача, Г. Х. Самигулова, Е. П. Туровой.