Не нашли предка по фамилии? Возможно, она была другой.

Сегодня начинаем знакомиться с интересными статьями нового выпуска сборника «Генеалогия и архивы», а начнём мы со статьи А. И. Гуткова «О преображении фамилий казаков Челябинской станицы в течение XVIII–XX веков». К фамилиям первых челябинцев автор обращается уже не впервые, поэтому его новая работа особенно полезна всем, кто пытается восстановить собственную родословную.

Главный её вывод на первый взгляд парадоксален: если вы не нашли фамилию своего предка в старой переписи, это ещё не значит, что самого рода там нет. Фамилия могла звучать и писаться совсем иначе.

А. И. Гутков сопоставил ревизии Челябинской станицы 1740, 1782, 1816 и 1834 годов и выделил 22 фамилии, изменившиеся за это время.

Некоторые преобразования почти незаметны: Дудырев стал Дударевым, Жаравлев – Журавлевым, Окулов – Акуловым.

Другие способны поставить современного исследователя в тупик: Курицыны превратились в Курочкиных, Кокшаровы – в Кошкаровых, Муроновы – в Моруновых, а затем в Мурановых.

Особенно нагляден случай Фёдора Иванова сына Оксеновых. В переписи 1740 года ему 30 лет; он происходил из села Кривского Шадринского дистрикта. В 1782 году тот же человек, уже 79-летний отставной казак, записан Фёдором Аксеновым. В 1834-м среди челябинских казаков мы встречаем его внука Ивана Афанасьева Аксенова. Получается, фамилия изменилась ещё при жизни самого переселенца.

В XVIII–XIX веках писарь нередко воспринимал фамилию на слух и записывал её так, как понял, добавлялись и особенности местного говора. Поэтому родство приходится доказывать не одной фамилией: нужно сопоставлять возраст, отчества, имена детей, состав семьи, место происхождения и многое другое.

Некоторые преобразившиеся фамилии буквально остались на карте старого Челябинска. Один из ярких примеров – Розипины. В 1740 году в крепости насчитывалось три семьи Розипиных, а в 1782-м – уже одиннадцать семей Розепиных. В начале ХХ века фамилия уже излагалась как «Резепины». В начале XIX века эта фамилия встречается среди казаков – участников войн наполеоновской эпохи. Иван Ананьев Розепин служил во 2-м Оренбургском казачьем полку с 1807 по 1818 год, Василий Васильев Розепин – в Атаманском полку с 1812 по 1819 год, Пётр Розепин ушёл туда же в 1812-м. Другой Иван Розепин умер в армии в 1814 году.

До наших дней сохранился дом солдата Розепина по адресу: Российская, 80; объект культурного наследия, датируется 1887–1888 годами. Есть мнение, что здание может быть ещё старше. Оно пережило и крупнейший пожар Челябинска, уничтоживший в 1921 году в этой части города около 150 домов.

Есть и другие любопытные продолжения. В 1812 году в Атаманском казачьем полку служил Леонтий Рябков – носитель фамилии, которая в старых документах встречалась в формах Рябков и Ряпков. Андрей Васильев Курочкин, представитель рода, записанного в ранней ревизии как Курицины, умер в армии в 1815 году. А фамилия Смирных (Смирные) дожила до начала XX века: два деревянных дома на нынешней улице Свободы, № 10 и 12, были построены на участке жены сотника А. В. Смирных.

Такие примеры и делают статью Гуткова особенно интересной: за чередованием одной-двух букв постепенно проступают реальные семьи, переселения, служба, потомки и даже сохранившиеся дома.

Так что тем, кто занимается своей родословной или просто хочет лучше понять первых жителей Челябинска, статью А. И. Гуткова определённо стоит прочитать целиком. Она хорошо показывает главное правило старых документов: искать нужно не только фамилию, но и человека за ней.

На фото: дом солдата Розепина на ул. Российской, ок. 1990 г., ЦИКНЧ.

По материалам А. И. Гуткова, А. И. Конюченко, Ю. В. Латышева, А. В. Ульянова.