«Золото Колчака» в Челябинске: тайна пропавших сокровищ.

В октябре 1918 года через Челябинск провезли значительную часть золотого запаса России – монеты, слитки и драгоценности на сотни миллионов тогдашних рублей. За их контроль боролись политики, груз сопровождала вооружённая охрана, а впоследствии часть золота действительно исчезла.

Оговорка: во время челябинской остановки «золото Колчака» ещё не принадлежало А. В. Колчаку: адмирал стал Верховным правителем только в ноябре.

В годы Первой мировой войны золото вывозили из Петрограда в глубь страны. К 1918 году в Казанском отделении Государственного банка находилось более 650 миллионов золотых рублей – свыше половины тогдашнего государственного запаса.

7 августа 1918 года Казань заняли антибольшевистские войска Владимира Каппеля при участии Чехословацкого корпуса. Большевики успели вывезти лишь около ста ящиков. Каппель телеграфировал: «Трофеи не поддаются подсчету, захвачен золотой запас России в 650 миллионов…».

Ценности перевозили на трамваях к волжской пристани, откуда отправили на пароходах в Самару – столицу Комитета членов Учредительного собрания (Комуча). При наступлении красных золото перевезли в Уфу. Согласно транспортным документам, из Самары пятью эшелонами отправили 8399 ящиков, 2468 мешков и 18 сумок с золотом. Кроме него перевозились серебро, платина и другие ценности.

6 октября 1918 года эшелоны отправились из Уфы на восток. Следующая остановка – Челябинск, крупный железнодорожный узел и место расположения антибольшевистских штабов. По воспоминаниям генерала Яна Сырового, переданным Йосефом Куделой, здесь находились три эшелона примерно со 120 вагонами. Впрочем, не все эти вагоны были заполнены только золотом: перевозили и другие ценности, а также охрану.

Для груза присмотрели бетонные подвалы огромного казённого элеватора (Кирова, 130в/1). Но выгружали ли туда золото? Йосеф Кудела в 1924 году утверждал, что ценности действительно перенесли в подвалы. Позднее его версию повторил В. Драгомирецкий. Отсюда возник рассказ, будто золото хранилось в челябинском элеваторе несколько месяцев.

Историк О. Будницкий, исследовавший банковские документы, восстанавливает события иначе. Представители бывшего Комуча отправились осматривать элеватор, а вернувшись на станцию, обнаружили: эшелонов уже нет! Министр финансов Иван Михайлов заручился распоряжением командующего Сибирской армией Павла Иванова-Ринова и отправил три поезда под усиленной охраной в Омск.

Йосеф Кудела также связывал разрешение на вывоз с начальником штаба Чехословацкого корпуса Михаилом Дитерихсом. Поэтому факт пребывания золота в Челябинске бесспорен, а разгрузка в элеватор остаётся предметом разногласий. 13 октября 1918 года груз прибыл в Омск: о нескольких месяцах хранения в нашем городе речи быть не может.

Была и ещё одна версия. Историк С. Константинов писал, что часть золота собирались оставить в Челябинске для обеспечения выпуска чехословацких денежных знаков, но Дитерихс этому воспрепятствовал. Подтверждений состоявшейся передачи ценностей легионерам именно здесь не найдено.

Подозрения, что чехословаки попросту украли золото, возникли ещё в Гражданскую войну. Белый писатель А. Котомкин связывал самостоятельное поведение корпуса с возможным присвоением части запаса. Эту версию рассматривает М. Вторушин. Напротив, С. Петрофф указывал, что во время челябинской остановки вагоны оставались опечатанными и охранялись, а свидетельства хищения косвенны.

О. Будницкий подчёркивает: банковские бумаги фиксируют при перевозке из Казани в Омск лишь пропажу в Уфе 410 рублей из повреждённого мешка и недостачу иностранных монет на 146 рублей 39 копеек. Достоверных данных о краже вагонов с золотом в Челябинске нет.

Само внезапное перемещение драгоценного груза всё же было политическим захватом: управление запасом перешло от поволжских деятелей к омскому правительству. 18 ноября 1918 года в Омске произошёл переворот, и власть получил Александр Колчак.

В источниках встречаются две близкие оценки стоимости золота. При проверке старых казанских документов получили 651 534 407 рублей 21 копейку, а при завершении омской ревизии в мае 1919 года – 651 532 117 рублей 86 копеек. Разница – 2 289 рублей 35 копеек. Банковские служащие отмечали недостаток документов и точных данных о пробе слитков. По оценке Музея Банка России, речь шла почти о 497 тоннах золота.

Колчаку требовались оружие, боеприпасы, обмундирование и кредиты. Золото начали отправлять через Владивосток за границу. Челябинские исследователи Е. Белова, В. Демаков и С. Ростовцев изучили статью Вениамина Вегмана «Счета Антанте» из местной «Советской правды» от 23 апреля 1922 года, основанную на секретных донесениях Владивостокской таможни.

Например, 5 июля 1919 года пароход «Симбирск» увёз в Шанхай 170 ящиков золотых слитков на 15 миллионов рублей. 24 сентября «Хазан-Мару» отправил в Японию 132 ящика весом около 500 пудов, а 6 октября «Кимон» – ещё 751 ящик в Шанхай и Гонконг.

По подсчётам исследователей, документы фиксируют около 1586 ящиков золота общим весом более ста тонн. Всего на иностранные операции через Владивосток направили золота почти на 191 миллион рублей.

Часть запаса присвоили и в России. В октябре 1919 года атаман Григорий Семёнов перехватил в Чите партию на сумму около 43,6 миллиона рублей. Некоторые средства оказались в японских банках и породили длительные судебные споры. В 1929 году банк даже выдал генералу Михаилу Подтягину 1,4 миллиона иен, несмотря на попытку советской стороны добиться ареста денег.

Сохранился и составленный в Челябинске 11 октября 1919 года бюллетень Сибирской миссии НКИД. В нём со слов чехословака Колячного упоминалась перевозка под английской охраной в направлении Читы 600 пудов золота и 50 вагонов серебра.

Осенью 1919 года белые оставили Омск. На восток отправился новый золотой поезд. По сведениям Куделы, Колчак увозил уже 28 вагонов с золотом. При отступлении между станциями Зима и Тыреть пропали 13 ящиков на 780 тысяч рублей. Ещё один мешок с золотом на 60 тысяч рублей исчез ранее при перевозке в Омске. Виновных так и не нашли.

В январе 1920 года чехословацкие военные передали Колчака иркутскому Политцентру; 7 февраля адмирала расстреляли. В тот же день заключили соглашение о свободном проходе чехословацких эшелонов на Дальний Восток, связанное и с передачей оставшегося золотого запаса. Однако доказательств прямого обмена самого Колчака именно на золото нет. В марте советская власть получила ценности примерно на 409,6 миллиона рублей, а в мае они вернулись в Казань.

По подсчётам Музея Банка России, необъяснённая разница в учёте составляет около 487 000 рублей.

В 1919–1920 годах прошла массовая эвакуация легионеров через Владивосток. По данным чешского Министерства обороны, состоялось 36 морских эвакуационных перевозок, которыми вывезли более 67 тысяч военных и гражданских лиц. Перевозилось также значительное количество имущества, но считать его всё без исключения похищенным нельзя.

В ноябре 1919 года в Иркутске был создан Банк чехословацких легионеров, позднее известный как Легиобанк. Его богатство породило подозрения, будто именно там осело русское золото. Но у банка были и другие источники средств: сбережения легионеров, финансовые остатки и доходы хозяйственных организаций. Само появление Легиобанка не доказывает хищения.

Легенды о тайных кладах под Златоустом, возле станции Злоказово и на дне Байкала продолжают жить. Но доказательств того, что в Челябинске украли или спрятали хотя бы один ящик золота, нет.

На фото: А. В. Колчак вручает награды, 1919 год, из книги «Челябинск: 12 историй», реконструкция.

По материалам Е. П. Беловой, О. В. Будницкого, В. Д. Вегмана, М. И. Вторушина, В. Г. Демакова, В. С. Драгомирецкого, С. И. Константинова, А. Е. Котомкина, И. Ф. Куделы, Ю. В. Латышева, С. Петроффа, С. Н. Ростовцева.