Печь – горячее сердце любого дома.

С самых ранних времён сердцем каждого дома на Южном Урале была печь.

Первые поселенцы, пришедшие в Челябинскую крепость и окрестные слободы, устраивали в избах глинобитные печи с дымником — массивные, занимавшие до четверти жилого пространства. Без неё невозможно было ни согреться, ни поесть, ни выжить зимой.

На Урале было распространено приготовление блюд именно в духовом жару: варка, томление, выпечка. Электричества и плит ещё не существовало, да и уголь использовался слабо.

Печь была не только очагом, но и предметом инженерного расчёта.

Как вспоминал челябинский домовладелец К. Н. Теплоухов, в 1902 году он установил шесть печей с железными кожухами, потратив около 6000 кирпичей и заплатив печникам 55 рублей. Позже, по совету бывалых, он отказался от кожухов в пользу лицевых кирпичных печей, более экономичных. Особенно ценились изразцовые печи, но их могли себе позволить только зажиточные горожане.

Для полноценного отопления дома в год ему требовалось до 40 погонных сажен дров, по цене 4–6 рублей за сажень. Дрова были не просто расходом — это был стратегический ресурс.

Примечание. 1 погонная сажень = ок. 10 куб.м.

В целом, до революции отопление в Челябинске повсеместно оставалось печным. Варианты с водяным отоплением были редкостью и применялись почти исключительно в общественных зданиях. Так, в 1913 году заключён договор на установку водяного отопления в доме бывшего купца Колбина на Сибирской улице — тогда это было исключением. Лишь к 1916 году паровое отопление начали признавать экономически выгодным, но большая часть домов продолжала топиться дровами.

С ростом города росла и потребность в трубочистах. Если в 1863 году их было всего 2, то к 1910 году — уже более 20 (из них 15 мастеров, 9 подмастерьев).

Количество трубочистов: 1863 - 2 1893 – 6 1898 – 11 1901 – 10 1904 – 10 1907 – 16 1908 – 19 1910 – 24

Это был уважаемый, хоть и грязный, ремесленный труд. Очистка одной трубы стоила 20 копеек.

Сажа и засоры были не только проблемой быта, но и опасностью: в 1922 году из 62 городских пожаров 40 вызваны возгоранием сажи в трубах.

После революции печной фонд пришёл в упадок. Доклад за февраль 1920 года фиксирует: в городе массово разрушались печи и трубы, часть квартир оставалась без отопления, создавая квартирный кризис. Домовладельцы отказывались чинить печи, в домах обваливались потолки, а тысячи людей ждали переселения. Власти призывали применять меры воздействия, но топить было нечем и некому.

Даже в начале 1930-х годов в Челябинске сохранялось печное отопление как основное. Реклама в справочнике за 1956 год прямо предлагала услуги: «Топить печи — звоните!».

И сегодня в некоторых дореволюционных домах ещё стоят и используются старые печи. В некоторых зданиях сохранились голландские печи, например, в бывшем доме трудолюбия. В особняке М. Архипова на обоих этажах сохранились угловые печи сложной формы, облицованные рельефными изразцами, в угловой комнате – с барельефной композицией.  Печи топились из коридора. Печь обычно обогревала две смежные комнаты.

Все эти печи пережили империи, войны и реформы — потому что тепло в нашем климате всегда было не роскошью, а вопросом выживания.

На фото: 1. образец оформления камина, челябинский завод В. Лоренсова, 1911 год, из сборника «Исторические чтения. Вып. N 5», 2. семья И. П. Мокшина, самого известного печника г. Челябинска, из книги «Дореволюционный Челябинск в слове современников».

По материалам М. А. Базанова, В. С. Боже, Д. Г. Графова, А. Б. Гуськовой, А. Л. Каплана, Ю. В. Латышева, П. В. Мещерякова, О. В. Новиковой, Е. А. Первухиной, ОГАОО (Ф. 15. Оп. 1. Д. 344), ОГАЧО (Ф. И-3. Оп. 1. Д. 376, Ф. И-3. Оп. 1. Д. 798, Ф. И-3. Оп. 1. Д. 913, Ф. И-3. Оп. 1. Д. 961, Ф. И-3. Оп. 1. Д. 1099, Ф. И-3. Оп. 1. Д. 1131).