5. Первая мировая война. Беженцы.

В августе 1915 года, когда неприятель занял значительную часть территории Российской империи, на восток страны хлынул поток беженцев.

Челябинск, как крупнейший транспортный узел России, оказался одним из главных пунктов их приема и переправки. Через город прошло огромное количество вынужденных переселенцев: по некоторым данным, только за осень 1915 года здесь проследовало более 260 000 человек. Больше всего приезжих было из Гродненской, Могилевской, Витебской, Виленской, Ковенской и других западных губерний. Значительная часть беженцев осела в Челябинске.

По сведениям Елены Рохацевич, первые переселенцы прибыли сюда в октябре 1915 года — 90 семей, всего 385 человек. Разумеется, большинство прибывало изможденными. Дорога занимала недели, и хотя на узловых станциях иногда давали горячую пищу и кипяток, это происходило далеко не всегда. Люди часто ехали без еды и воды, многие дети и старики умирали в пути от болезней и истощения.

По прибытии в Челябинск беженцы временно размещались на территории переселенческого пункта, в эшелонах на станции и в пристанционных постройках. Вскоре их расселили по городу.

Из журнала N 2 Челябинского уездного земского собрания от 02.11.1915 мы узнаем, что в Челябинском уезде уже пребывало 30 000 беженцев.

Управитель Саткинского завода В. А. Гассельблат отмечал, что темпы их прибытия оказались неожиданно высокими для местных чиновников, а четкой программы размещения в первые месяцы войны попросту не существовало.

В одних только бараках переселенческого пункта проживало до 1 000 человек, получавших горячее питание в местной столовой.

Но в самом Челябинске беженцев было в несколько раз больше. На 1 января 1916 года числилось 1 300 семей (5 408 человек), из которых 40 % составляли дети. Примерно половина беженцев были русскими, остальная часть — поляки и евреи, меньшинство — латыши и литовцы.

Национальные комитеты — Польский, Еврейский, Латышский и Литовский — взяли под опеку своих соотечественников. Для детей открывались школы с преподаванием на родных языках. В доме Эльворти (размещался рядом с современным кинотеатром «Знамя») действовала канцелярия Польского общества помощи жертвам войны. Еврейское общество вспомоществования организовало для детей-беженцев летнюю колонию.

Русские переселенцы оказались в худшем положении: не существовало организации, которая взяла бы их под защиту.

Тяжелое положение беженцев вообще особенно чувствовалось среди русских беженцев. Не было организации, которая бы взяла на себя заботу о русских беженцах. Высокая среди них смертность, вызываемая, по определению врачей, недоеданием, истощением, заразными болезнями и отсутствием медицинской помощи, крайняя нужда в теплой одежде, обуви и белье делали положение их худшим по сравнению с беженцами других национальностей. Газета «Оренбургские епархиальные ведомости». № 41-42. 1915 г.

В Челябинске среди русских детей школьного возраста числилось 607 человек, из которых училось в городских школах лишь 16. Для их обучения не хватало средств. Иногда помощь приходила от местных жителей. В 1915 году было открыто два новых смешанных училища: одно в городской части, другое — в феврале 1916 года в доме фабриканта Штоля на Шоссейной улице (ныне – Цвиллинга). Городской комитет по призрению беженцев открыл также больницу на 30 коек в доме Зайцева.

Для поддержки беженцев создавались благотворительные общества: открывались мастерские, биржи труда, устраивались спектакли и лотереи. Детям раздавали подарки к Рождеству и Пасхе. Основные расходы на питание, лечение и обучение брало на себя государство, в том числе Комитет Великой княжны Татьяны Николаевны. Пытались помогать и иностранные организации:

Получено циркулярное извещение о том, что группа русских подданных литовцев, проживающих в Америке, желают иметь сведения о родственниках беженцах и сообщить им свои адреса через посредство редакций издающихся в Америке крестьянских литовских газет и тем самым дать возможность оказать родственникам беженцам материальную помощь. Газета «Голос Приуралья».

Городской комитет по устройству и призрению беженцев вел регистрацию, занимался питанием, одеждой и медицинским обслуживанием. Недалеко от вокзала, в здании бывшего завода «Вулкан», оборудовали пункт приема, через который каждые два-три дня проходило до 650 человек. В столовой ежедневно питались 2–3 тысячи переселенцев. В конце 1915 года дума постановила построить отдельный барак для беженцев возле городской больницы.

Помощь оказывало и духовенство: в епархиальных ведомостях регулярно публиковались сведения о положении переселенцев и их нуждах. В газетах регулярно печатались объявления о розыске семей.

«Проживающий в Челябинском уезде беженец из крестьян Гродненской губернии Слонимского уезда Иван Юшкевич просит о розыске его семьи» «Проживающий в Оренбургской губернии, в селе Сухомлиново Петр Гаврилович Кужель разыскивает Василия Дмитриевича Дмитрука, беженца Гродненской губернии Кобринского уезда Воловельской волости села Суличева». Объявления в газете «Оренбургские епархиальные ведомости» под рубрикой «Розыски беженцев»

Расходы города на содержание беженцев были колоссальными: только за апрель-июнь 1916 года на эти цели было потрачено почти 195 000 рублей.

Несмотря на стабилизацию фронта в 1916 году, поток переселенцев не уменьшался. К концу войны в Челябинске их было уже около 15 000 человек — каждый шестой житель города:

Количество беженцев в Челябинске: 1915, ноя – 2 000 1916, янв – 5 408 1916, май – 6 000 1917 – более 6 000 1918, фев – 8 000 1918, июл – 15 000 1919, окт – 8 100 1919, дек – 8 305

Конечно, такая переполненность города самым негативным образом повлияла на санитарное состояние последнего. Картина Челябинска, наполненного беженцами, красочно передается командиром чехословацкого корпуса Войцеховским в его первых впечатлениях о городе.

29 апреля. Г[ород] Челябинск. Вчера к вечеру приехали в Челябинск. Будем стоять здесь несколько дней. Хвост моего полка еще около Уфы. На ст[анции] Челябинск 2 эшелона сербов, вид у них контрреволюционный (с точки зрения большевиков), офицеры и часть солдат в погонах. Они пробирались во Владивосток, но теперь кажется вынуждены ехать на Архангельск. Везде на всех станциях и здесь в Челябинске много беженцев. Откуда, куда и зачем они едут? Теплушки битком набиты мужчинами, женщинами, детворой и страшным скарбом. Грязь страшная. Ясные дни… тепло, но на душе скверно. Из дневника С. Войцеховского, 1918 год.

После революции 1917 года, когда многие благотворительные организации прекратили деятельность, положение переселенцев резко ухудшилось. Начавшаяся Гражданская война сделала возвращение на родину практически невозможным. Так, некоторые польские семьи, прибывшие в Челябинск еще в 1915 году, смогли вернуться только в 1921–1923 годах.

На фото: Плакат Всероссийского земского и городского союзов о помощи беженцам, разыскивающих родных, 1914 год, ОГАЧО (Ф. П-885. Оп. 1. Д. 5).

По материалам А. А. Абрамовского, В. С. Боже, К. В. Дружинина, Г. Г. Канинского, В. С. Кобзова, А. А. Колточихиной, П. Ф. Назырова, Е. Б. Рохацевич, Г. Х. Самигулова, В. Г. Семенова, И. В. Сибирякова, М. А. Филимонова, Н. М. Чернавского, Е. В. Шуляк, а также ОГАОО (Ф. 15. Оп. 1. Д. 275).