6. Первая мировая война. Военнопленные.

По оценкам исследователей Русской армии удалось захватить в годы войны около 2,9 миллиона военнопленных.

Одной из серьезных проблем, возникших на Южном Урале в период Первой мировой войны, стало размещение и содержание военнопленных. Местные гражданские и военные власти оказались не готовы к приему столь значительного контингента.

Хотя первые партии пленных появились в Челябинске еще осенью 1914 года, долгое время город был лишь транзитным пунктом. По одним сведениям, в том году здесь числилось 255 человек. По другим данным, впервые военнопленные были распределены непосредственно в Челябинск только в ноябре 1915 года — около 200 человек.

Газета «Оренбургская жизнь» от 07 сентября 1914 года сообщала своим читателям, что среди прибывших в Челябинск военнопленных много людей, которые говорят на русском языке.

На город легла обязанность обеспечить их жильем, одеждой и продовольствием. Пленных сразу же привлекли к хозяйственным работам: добыче камня и льда, обслуживанию ассенизационной службы, развозке дров.

Численность прибывающих военнопленных в Челябинске быстро росла: • 1914 год — 255 • 1915 год — 200 • 1916 год — 2 452 • 1917 год — 2 814

Для пленных был установлен двенадцатичасовой рабочий день (с двумя часами на обед), шестидневная рабочая неделя и обязательный выходной по воскресеньям. Зарплата соответствовала оплате местных рабочих на аналогичных работах, однако часть выдавалась продуктами, одеждой и обувью. Учитывались трудоспособность и звание, а также поступавшие из дома денежные переводы. Красный крест дополнял снабжение подарками: шинелями, бельем, носками. Со временем условия содержания ухудшились.

Особое положение занимали военнопленные офицеры, которых размещали в отдельных квартирах с денщиками и за счет городского бюджета. Город также нес расходы на сторожей.

Нормы питания пленных вначале соответствовали армейским, но с ухудшением продовольственного положения в стране снабжение сокращалось. При этом расчет на то, что пленные восполнят нехватку рабочей силы, не оправдался: среди них было много музыкантов, аптекарей, банковских служащих — людей, не приспособленных к тяжелому труду в поле или у станка.

Волостные правления Челябинского уезда отдавали предпочтение пленным славянского происхождения, объясняя это неприязнью к немцам и австрийцам. В результате военнопленные-неславяне часто оставались невостребованными. Славян размещали преимущественно на Южном Урале, а немцев, венгров и австрийцев отправляли дальше на север, в более суровые районы.

В отдельных случаях доходило до расправ со стороны местного населения.

Война в уезде была заметна в другом отношении: в селах появились беженцы —выходцы из западного края, занятого немцами, и пленные — турки, русины из Галиции, немцы из Австрии и из Германии. В Шумихе рассказывали про недавний случай... привезли небольшую партию пленных для рассылки по селам, —пока сидели на вокзале, пришло не­ сколько башкир, один старик подошел к пленным, спрашивает: «Тут есть герман?» «Я —герман!» — молодцевато отвечает один... Старик вытащил из-под полы нож и с размаха воткнул в грудь немца. Тот упал, суматоха, прибежал жандарм. «Герман мои два сына кончал, — я хоть один герман кончал», — объяснил старик. Немца увезли в больницу — умер, — башкира арестовали. Воспоминания К. Теплоухова, 1916 год.

К 1916 году в Челябинске содержалось уже 565 военнопленных и 1 264 — в уезде. К 1918 году их количество выросло до 2 536, а всего на Урале находилось более 21 0.

После падения самодержавия отношение к пленным изменилось. Большевики активно вели среди них пропаганду, выпускали газеты на немецком, венгерском, чешском и других языках. На массовых собраниях происходило братание с русскими рабочими. 8 апреля 1918 года в Екатеринбурге прошла областная конференция военнопленных социал-демократов Урала, в которой участвовали и делегаты из Челябинска. Многие пленные заявили о готовности защищать завоевания революции с оружием в руках и вступили в Красную армию.

На уральских фронтах Гражданской войны именно бывшие военнопленные составили значительную часть интернациональных отрядов. Красные видели в них надежную силу и одновременно использовали в пропаганде против белых, обвиняя тех в опоре на интервентов.

Белые же были беспощадны к интернационалистам.

Приказываю беспощадно истреблять добровольческие части противника, а также мадьяро-латышские, китайские и интернациональные, уничтожая всех комиссаров, ко всем насильно мобилизованным относиться по сдаче их в плен гуманно, обращая желающих немедленно против большевиков... Из приказа командующего Западной армией генерал-лейтенанта Ханжина от 06.04.1919.

После установления советской власти число пленных в Челябинске оставалось высоким. Городская дума в 1918 году разрешила строительство 15 бараков стоимостью 150 тысяч рублей для размещения трех тысяч человек. Пленных использовали и в ремесленных мастерских: например, в доме Шведова на улице Степной открыли сапожную мастерскую, где работало около ста человек, в основном галичан и немцев.

И даже после падения советской власти, количество военнопленных в городе доходило до нескольких тысяч.

Местная жизнь. К постройке бараков. На заседании городской думы 3 августа разрешена постройка 15 бараков стоимостью 150 тысяч рублей под помещение трех тысяч военнопленных. Для наблюдения за постройкой избрана строительная комиссия. Газета «Власть народа». 06.08.1918.

Они все также привлекались к обязательным работам.

Число предприятий Комитета еще увеличилось на крупную единицу... Мне удалось через интенданта — Н.И. Пономарева получить партию пленных сапожников, — большая часть из Галиции, много и немцев, всего около 100 человек. Открыл для них общежитие и мастерскую в доме Шведова на Степной ул., заведующего нашел А.И. Тюфякова — племянника В.А. Евсеева. Выбор оказался удачным — молодой, унтер-офицер, неглупый, исполнительный, — управлял своей колонией без всяких инцидентов. Воспоминания К. Теплоухова, 1919 год.

Окончательное возвращение военнопленных на родину началось лишь в 1921–1922 годах. Однако некоторые из них так и остались на Южном Урале, обзавелись семьями и связали свою судьбу с Россией.

На фото: 1. австрийские военнопленные в Челябинске, из архива Ю. В. Латышева, 2. военнопленные в госпитале, Челябинский уезд, из книги "Челябинская область в фотографиях», 3. Из газеты "Советская правда". 10 ноября 1920 года, из архива Ю. В. Латышева.

По материалам Н. А. Антипина, А. Б. Гуськовой, В. С. Кобзова, П. А. Новикова, Р. Р. Магомедова, Г. Х. Самигулова, Д. А. Сафонова, В. Г. Семенова, И. В. Сибирякова, А. С. Смыкалина, а также ОГАОО (Ф. 11. Оп. 12. Д. 56, Ф. 15. Оп. 1. Д. 257), ОГАЧО (Ф. И-3. Оп. 1. Д. 1213, Ф. И-3. Оп. 1. Д. 1239).