7. Первая мировая война. Общественная поддержка.

В начальный период Первой мировой войны в Челябинске наблюдался всплеск гражданских инициатив, вызванный патриотическим подъёмом. Особенно активизировалась деятельность интеллигенции.

Организацией сбора пожертвований занимались местные благотворительные общества, в которых состояли жёны известных челябинских деятелей: А. А. Бакалинская, Е. А. Досаева, М. М. Будаева, К. И. Желтовская, Н. А. Маньковекская, К. Рымкевич, Н. И. Степовая, А. Л. Яцовская и другие.

К движению присоединились представители всех слоёв городского населения. Так, на июльские проводы Инсарского полка горожане собрали почти 1700 рублей на подарки солдатам.

Уже в августе 1914 года челябинцы, не дожидаясь централизованных кампаний, начали сбор средств на нужды фронта. Педагогический совет учительской семинарии постановил ежемесячно отчислять 2% из жалованья и столовых денег преподавателей в пользу раненых.

В том же месяце в Челябинске начал работу Комитет Великой княгини Елизаветы Фёдоровны по оказанию помощи семьям призванных на военную службу, а также состоялось первое заседание местного отделения Российского общества Красного Креста. В августе в его кассу поступило 1082 рубля.

5 сентября 1914 года Комитет Красного Креста совместно с Комитетом вспомоществования семьям воинов организовали «день флажков» — сбор средств, разрешённый губернатором. В этот день в городе прошли крестный ход и молебен, звучал государственный гимн и гимны союзников. Сборщики, в том числе дети в костюмах сестры милосердия и раненого солдата, предлагали прохожим флажки за пожертвования. В ходе мероприятия было собрано свыше 5000 рублей.

В ожидании крестного хода публика собиралась у собора и на перекрёстках, обсуждая новости с фронта. С 11 часов утра со всех церквей города двинулись процессии с иконами и хоругвями к Народному дому, куда стекались толпы горожан. По окончании молебна оркестры исполнили гимны, публика дружно кричала «ура», после чего сборщики разошлись по городу. Машины и экипажи с флагами и цветами придавали мероприятию торжественный вид.

Газета «Голос Приуралья» упоминала случай, когда неизвестная женщина бросила в кружку золотое обручальное кольцо с запиской: «Жертвую колечко; у меня муж тоже на войне… Вернется жив или нет, болит сердце, а помочь ничем не могу».

Школы активно участвовали в кампаниях. В учебных заведениях распространялись листовки и плакаты с призывами жертвовать. Учащиеся сдавали по 5, 10, 20 копеек, учителя — крупнее. Собранные средства переводились в Красный Крест.

В сентябре 1914 года челябинские власти откликнулись на призыв Комитета Великой княжны Татьяны Николаевны оказать помощь пострадавшим от войны. Из средств запасного капитала было выделено 500 рублей и организован однодневный кружечный сбор, принёсший ещё 1306 рублей. Жертвователям выдавали коленкоровые ленточки.

К сбору пожертвований подключилась и городская управа. 14–15 ноября учащиеся старших классов с трёхцветными повязками и кружками ходили по улицам города. Собрали более 1450 рублей, переданных в Комитет Великой княжны Татьяны Николаевны.

Патриотический настрой и сострадание звучали в листовках:

Более полугода подвизается Россия на полях великой освободительной брани. С замиранием сердца следит русская молодежь за тяжкими испытаниями залитых огнем и кровью Польши и Закавказья. Зверский враг громит жилища мирного населения и губит беззащитных стариков, женщин и детей. Бегут они тысячами, без памяти и оглядки, лишенные кормильцев, крова, одежды и хлеба. Отзовись на призыв комитета, чуткая русская молодежь! Подайте — сколько кому окажется по силам. Как ни скромны были бы отдельные приношения, но сольется воедино великое множество мелких их ручейков и могучею рекою разольется по разоренным городам и селам. Братская помощь русской молодежи. С миру по нитке, голому — рубашка» Обращение комитета по оказанию временной помощи пострадавшим от военных действий Ее Императорского Высочества Великой княжны Татьяны Николаевны. Начало 1915 года.

Тогда же состоялся первый сбор с церковных кафедр: сто кружек были наполнены деньгами. Пожертвования поступали и от частных лиц, иногда весьма крупные.

Постепенно сборы стали регулярными и сопровождались народными праздниками. У горожан выработалась своя система: кружки выдавались в управе, возвращались в банк, всем процессом управляла контрольная комиссия из 15 человек.

Так, 31 мая 1915 года Челябинск был разделён на районы, за каждый из которых отвечал определённый сборщик. Например, в мусульманской части города — К. И. Желтовская. Сборщики имели повязки с цветами российского флага и удостоверения. В день сбора жертвователям вручались значки с портретом Великой княжны Татьяны.

Были и инциденты. Например, на улице Уфимской женщина собирала пожертвования в незарегистрированную кружку и присвоила деньги. Но подобные случаи были редкостью.

Осенью 1914 года начал работу Комитет помощи раненым. Он собирал не только деньги, но и вещи. Центральный склад размещался в доме Бухарина на углу Михайловской и Азиатской улиц.

Уже 8 сентября в Народном доме прошёл благотворительный концерт.

Министерство народного просвещения предложило школьникам жертвовать вещи для армии. В рекомендованном списке — от белья и табака до фонариков, сыров, мазей, ниток и сапожных принадлежностей. Этот перечень показывает, насколько слабо снабжалась действующая армия.

Тем не менее, как вспоминал К. Теплоухов, жители часто приносили бесполезные вещи. Подлинно нужных припасов не хватало, организация сбора оставляла желать лучшего:

Собирали и посылали на позиции подарки солдатам: вышитые кисеты для махорки, открытки с оплаченными ответами, гребенки, кусочки мыла и тому подобную дребедень. Раз в собрании я был не в духе и внес предложение: «Стоит ли посылать этот мусор? Не полезнее ли было бы попросить врачей указать или составить наиболее действенную мазь, или жидкость, или порошок от вшей, а дамам заняться сбором или заготовкой —и посылать?» Дамы пришли в ужас, мужчины тоже были недовольны такой грубой прозой, но будущее показало — насколько я был прав. Воспоминания К. Теплоухова, 1915 год.

К Рождеству 1916 года из Челябинска на фронт отправили посылку весом около 2 300 кг. Фронт благодарил:

Ваша доброта напоминает нам, что, кроме ужаса и разрушения, которыми мы окружены, в родных местах живет высокое и прекрасное. Из письма прапорщика Щемирского, Инсарский полк

Простые челябинцы шили снаряжение своими руками. К зиме 1916 года было изготовлено 1643 белых халата и столько же чехлов для шапок, отправленных в Ставку и местные полки.

С самого начала войны в России ощущался острый дефицит военного снаряжения и обмундирования. Это вынудило правительство пойти на реквизиции имущества, пригодного для нужд армии. В Челябинске была создана специальная реквизиционная комиссия, собиравшая и отправлявшая на фронт одежду, обувь, медикаменты, предметы личного обихода. Для оборонных предприятий изымались цветные металлы — в первую очередь остродефицитный алюминий, а также гильзы, холодное оружие, картон и кожа. Комиссия внесла заметный вклад в обеспечение армии тёплыми вещами, особенно в периоды обострения нужды в снабжении.

Постепенно челябинские предприятия наращивали объёмы производства. Завод «В. Г. Столль и Ко» увеличил выпуск военной продукции в 2,5 раза, а Челябинские копи — в 3,5–4 раза. На заводе Столля преимущественно изготавливались снаряды для морского ведомства. В условиях нехватки квалифицированной рабочей силы власти ввели специальные надбавки для рабочих, а производство было переориентировано под военные заказы. Несмотря на трудности, удалось наладить стабильный выпуск необходимых изделий. Летом 1915 года по всей России началось создание военно-промышленных комитетов (ВПК) — общественных организаций при участии частных промышленников, призванных ликвидировать «снарядный голод». Челябинск не остался в стороне. Местный ВПК не имел собственных заводов, но работал через подрядчиков и смог успешно наладить снабжение армии валенками, сапогами, полушубками, сбруей и седлами. Оплата поступала своевременно, и поставщики из соседних уездов везли продукцию именно в Челябинск. Управляющий комитетом Константин Теплоухов вспоминал:

Дела на войне шли неудачно, — нас с треском выгнали из Галиции. По газетам было что-то ужасное: на нас двигалась сплошная лавина, несколько верст ширины, состоящая из тяжелых и средних орудий... постоянный ураганный огонь, —руководил Мекензен — мы утекали по 40—50 верст в сутки. 23 июля немцы взяли Варшаву. Мобилизация продолжалась, солдат достаточно, но не хватало снаряжения, вооружения, — казенные заводы при такой войне не поспевали готовить снаряды. Вышло распоряжение об организации в помощь заводам Военно-промышленных комитетов. Воспоминания К. Теплоухова, июль 1915 года.

Тем не менее, нехватка боеприпасов и снаряжения сохранялась до конца войны:

Мировая война продолжалась. У нас — на Западном фронте довольно неудачно, —мобилизовано много народу, а вооружения — особенно артиллерии — было мало, — успешно шло только разложение армии... Более утешительные известия получались с Закавказского фронта, — там воевали с турками. Воспоминания К. Теплоухова, янв. 1917 года.

Некоторые начинания мотивировались не только состраданием, но и верой в духовную миссию войны. Так, преподаватель М. П. Светлов предлагал открыть четырёхклассную гимназию как оружие против врага — «духовный меч».

Однако с ухудшением экономической ситуации энтузиазм угасал. Структура пожертвований изменилась: если в 1914 году они шли на фронт, то с 1915-го всё больше средств направлялось на сиротские приюты, госпитали, дома инвалидов, помощь беженцам.

Осенью 1915 года Губернская земская управа предложила городской думе организовать колонии для детей-сирот и патронаж увечных воинов.

Таким образом, с течением времени акцент сместился от помощи фронту к устранению последствий войны. Эта трансформация соответствовала изменению общественных настроений: от воодушевлённого патриотизма — к растущему скепсису, усиленному социально-экономическими трудностями населения.

На фото: 1. русская открытка периода Первой мировой войны, из книги «Военная история Южного Урала», 2. документы комитета Елизаветы Федоровны, 1916 год, ОГАЧО (Ф. И-3. Оп. 1. Д. 1261), 3. объявление из газеты о кружечных сборах, из архива Д. Г. Графова.

По материалам А. В. Александрова, Н. А. Антипина, В. С. Боже, С. В. Букаловой, А. Б. Гуськовой, Е. Ю. Казаковой-Алкаримовой, В. С. Кобзова, В. М. Рынкова, Г. Х. Самигулова, В. Г. Семенова, И. В. Сибирякова, А. С. Скрипова, Е. Б. Рохацевич, Е. П. Туровой, а также ОГАЧО ф.3 оп.1 д.1180, ОГАОО (Ф. 15. Оп. 1. Д. 257), ОГАЧО (Ф. И-3. Оп. 1. Д. 1180).