Эйфелева башня дореволюционного Челябинска.

В самом сердце старого Челябинска когда-то возвышалась железная башня высотой с девятиэтажку. Её видели издалека — из-за реки Миасс, с Соборной площади, с железнодорожной станции. Местные называли её «Эйфелевой башней», и не без основания: конструкция была спроектирована по немецким чертежам и поражала воображение жителей провинциального города. Это была башня дроболитейного завода купца Николая Гавриловича Мартынова — одно из самых необычных промышленных сооружений дореволюционного Челябинска.

Николай Мартынов принадлежал к челябинскому купечеству второй гильдии и был человеком предприимчивым. Ещё в 1906 году он обращался в Челябинскую управу с просьбой об аренде земель в Шершневской станице для строительства салотопенного завода.

Во время Первой мировой войны он участвовал в сборе средств на создание общественного лазарета, где несколько коек именовались «мартыновскими».

Наибольшую известность Николай Гаврилович приобрел благодаря своему дроболитейному заводу.

В октябре 1908 года купец получил разрешение городской думы на строительство «дроболитейного заведения» на собственном дворовом месте между Западным бульваром и ул. Лесной (ныне – ул. Володарского и пр-кт Свердловский).

Уже весной следующего года он обратился в Оренбургский губернский строительный комитет с просьбой утвердить проект. Несмотря на первое отклонение из-за «недостатка разрывов», проект всё же получил добро, и в 1911 году (по другим сведениям – в 1912 году) завод начал работу.

Ключевой частью производства стала литейная башня с двумя плавильными котлами — сердце будущего предприятия. Именно в ней и рождалась дробь: расплавленный металл падал с высоты, превращаясь в мелкие блестящие шарики. Башня имела восьмиугольное сечение, железный каркас и высоту 37 метров. По расчётам инженера, вес башни без оборудования составлял 55 тонн, а гранитный цоколь под ней — более 400 тонн.

[завод] построен по чертежам, выработанным в Германии. Имеет железную башню типа “Эйфель”, высотою в 37 метров. Из Уральского торгово-промышленного справочника 1924 года.

По наружным граням шла винтовая лестница с защитной галереей. На уровне цоколя размещались плавильные котлы, а под землёй — колодцы, куда падал и остывал металл. Всё здание казалось фантастическим для начала XX века — железо, клёпка, огонь и гул расплавленного свинца.

Купец Мартынов был человеком предприимчивым: кроме завода он держал и два оружейных магазина. По данным на 1915 год, один только его магазин продавал ружей на сумму до ста тысяч рублей в год.

Его дробь расходилась по всему Уралу и Сибири, пользовалась спросом у охотников и артельщиков.

«Сердцем предприятия» называли башню, но не меньше восхищала точность технологии. В архивных чертежах сохранились даже расчёты ветровой нагрузки и толщины металла каркаса — редкость для того времени.

Еще немного фактов. В апреле 1912 года семья Мартыновых продала свой большой полукаменный дом на улице Мастерской, 36 (ныне – Пушкина), семье Щедринских, которых мы уже упоминали в числе челябинских производителей фруктовых вод.

Мы знаем, что в сентябре того же 1912 года после взрыва двигателя на заводе возник пожар. Предприятие в дальнейшем продолжило работу.

Фактически комплекс дроболитейного завода фиксировал западную границу города, примыкая к чаеразвеске Высоцкого и Александровской площади (ныне – Алое поле).

После революции завод перешёл к сыну владельца — Александру Мартынову, а вскоре был национализирован и передан в аренду товариществу «Дроболит». В 1920-е годы здесь выпускали не только дробь, но и свинцовую фольгу для чаеразвесок. Годовая мощность составляла около 30 тысяч пудов (480 тонн), хотя в годы кризиса падала до десяти (160 тонн).

Постепенно завод обветшал, а в 1977 году его снесли. При разборке рабочих ожидал сюрприз: в подземельях нашли клад — 105 предметов из золота и серебра, включая монеты, ложки, рюмки, кольца и портсигар. Научные сотрудники пришли к выводу, что это не «клад купца», а заготовленный к переплавке лом драгоценных металлов — возможно, оставшийся на предприятии в смутные годы. На месте завода в 1979 году был построен нынешний угловой девятиэтажный дом по улице Коммуны, 80.

Башня Мартынова исчезла, но память о ней жива. Для челябинцев начала XX века она была символом прогресса, инженерной дерзости и технической мощи. Так же, как для парижан Эйфелева башня.

На фото: 1. почтовая открытка (фрагмент), нач. ХХ века, 2. 1946 год, из группы ОК «Челябинская старина», 3. оттуда же, 4. до 1967 года, оттуда же, 5. из группы ВК «ПроЧе», 6. из группы ОК «Челябинская старина», 7. 1976 год, оттуда же, 8. М. Петров, из архива Ю. В. Латышева, 9. 1977 год, М. Петров, из фондов ГИМ ЮУ, 10. чертеж башни, приложение к пояснительной записке, 1911 год, ОГАОО (Ф. 11. Оп. 9а. Д. 78).

По материалам М. И. Альбрута, В. С. Боже, В. Г. Демакова, Ю. В. Латышева, И. В. Сибирякова, Н. М. Чернавского, а также ОГАОО (Ф. 11. Оп. 9. Д. 112, Ф. 37. Оп. 1. Д. 206).