Когда Челябинск впервые подсел на нефть.

119 лет назад, 15 (28) июля 1907 года в нашем городе впервые появился автомобиль, поэтому сегодня мы поговорим про топливо.

Конечно, главным видом топлива для челябинцев являлись дрова и уголь, но и нефтепродукты занимали заметное место в жизни наших предков, прежде всего керосин.

Этот вид топлива активно применялся для освещения городских улиц, а также частных домовладений. В торговых ведомостях начала XX века встречается и «нефть очищенная» – судя по всему, так продолжали называть осветительный продукт нефтеперегонки, близкий по назначению к керосину.

В 1908 году пуд очищенной нефти стоил в Челябинске 65 копеек, в 1909 году – 75 копеек, в 1910-м – снова 65 копеек. При плотности около 0,85 килограмма на литр это составляло примерно 3 рубля 40 копеек – 3 рубля 90 копеек за 100 литров.

Напомню, квалифицированный рабочих в месяц зарабатывал около 20–27 руб.

Для одной семьи подобного объема хватило бы надолго, но городское освещение требовало уже постоянных крупных поставок. В начале XX века Челябинск выбирал между электричеством и более дешевыми керосинокалильными фонарями. Расход керосина одной лампы составлял около 150–300 г/час.

Ведомости фиксировали также машинное масло. В 1908–1910 годах оно стоило одинаково – 2 рубля 20 копеек за пуд, или около 12 копеек за литр.

Такое масло требовалось гораздо большему числу механизмов, чем можно предположить. Его использовали на железной дороге, мельницах, в типографиях, насосах, механических мастерских, электростанциях, сельскохозяйственных машинах, велосипедах и швейных машинках. Для быстро растущего Челябинска с его вокзалом, паровозным депо, крупчатыми мельницами, заводом «Столль и Ко» и множеством мастерских смазочные материалы уже были товаром первой необходимости.

В документах за 1914 год упоминается также машинное масло «Олеонафт». Оно продавалось по 8 копеек за фунт, что составляло около 16 копеек за литр. Это было не просто общее название масла, а известная российская марка смазочных материалов, связанная с нефтепромышленником Виктором Рагозиным. Продукция под названием «Олеонафт» применялась на железных дорогах, фабриках и заводах, вытесняя дорогие животные и растительные смазки.

Бензин пока занимал гораздо более скромное место. До массовой автомобилизации он воспринимался прежде всего как растворитель и чистящее средство. Его применяли для удаления жира и пятен, изготовления лаков, промывки деталей, в типографиях, мастерских и аптеках. Поэтому бензин нередко продавали не канистрами, а бутылками и небольшими пузырьками.

Такую форму торговли еще помнил Константин Теплоухов. В 1923 году полбутылки бензина обошлись ему более чем в 100 000 000 рублей. Для сравнения: в июле 1923 года его месячное жалование составляло 450 000 000 руб.

Первые челябинские автомобили заправлялись совсем не так, как современные. Специализированных автозаправок не существовало: бензин приобретали на нефтяных складах, у торговцев химическими товарами, в аптеках и автомобильных фирмах, после чего перевозили в бидонах и канистрах.

Одним из первых мест, где в Челябинске можно было не только отремонтировать автомобиль, но и купить для него топливо, стало «Уральское автомобильное товарищество» Александра Никитича Лаврухина на Исетской улице. Оно организовало первый городской автобус, принимало в ремонт автомобили и мотоциклеты, торговало бензином, минеральными маслами и автомобильными принадлежностями.

Заметную роль на челябинском рынке нефтепродуктов собиралось играть товарищество «Братья Нобель» – одно из крупнейших нефтепромышленных предприятий Российской империи.

Еще весной 1914 года фирма Нобеля обратилась в городскую думу с просьбой предоставить участок возле железнодорожной ветви строившегося элеватора. Товарищество «Братья Нобель» просило передать ему на 12 лет участок площадью 1400 квадратных саженей на городской выгонной земле около элеваторной ветки. Здесь предполагалось устроить керосиновый склад.

К октябрю 1915 года железнодорожная ветвь уже была завершена, а возле нее стоял склад керосина товарищества «Братья Нобель». Так в районе элеватора начал формироваться крупный складской и производственный комплекс, куда нефтепродукты могли поступать непосредственно по железной дороге.

Однако как раз железная дорога вскоре стала главным препятствием для снабжения города.

После начала Первой мировой войны транспорт был переориентирован прежде всего на военные нужды. Менее чем через неделю после вступления России в войну городские власти собрали предпринимателей, чтобы выяснить, какие запасы продовольствия и необходимых товаров оставались в Челябинске. Среди первых угроз называлась нехватка нефтепродуктов.

8 августа 1914 года городская управа подсчитала запросы местных торговцев. Челябинску требовались 20 цистерн керосина и 10 цистерн нефти из Уфы и Самары. Наряду с ними запрашивались соль, сахар, спички, крупа и дрова.

Через неделю предприниматели дополнительно попросили пропустить четыре цистерны нефтяных масел со станции Самара. Камско-Сибирское нефтепромышленное акционерное общество отдельно ходатайствовало о доставке в сентябре 15 цистерн керосина и пяти цистерн нефти из Уфы.

Такие совещания стали проводиться еженедельно. Предприниматели сообщали городскому голове, сколько товаров они закупили и какие грузы необходимо доставить на станцию Челябинск. Городская, уездная и губернская власти направляли ходатайства в порайонные комитеты, распределявшие железнодорожные перевозки.

Иногда торговцы получали удостоверение городского головы и обращались за разрешением самостоятельно. Но даже наличие оплаченного товара не гарантировало его прибытия. В провозе могли отказать из-за перегруженности железной дороги или отсутствия свободных вагонов. Отказы получали в том числе партии нефти и керосина, хотя формально эти товары не всегда требовали отдельного разрешения.

К концу 1914 года керосин уже вошел в перечень продуктов первой необходимости, предельные розничные цены на которые устанавливали городские власти. Рядом с ним в списке находились сахар, мука, картофель, мясо, масло, сено, спички и дрова.

По рассчитанным нормам одному человеку на год полагалось 11 фунтов керосина – примерно 5.5 литров.

Осенью 1915 года продовольственный комитет предложил открыть городскую общественную лавку, где по сниженным ценам должны были продаваться дрова, уголь, керосин, мука, соль и крупы. Фактически керосин уже относился к тому же ряду жизненно необходимых товаров, что хлеб и отопительное топливо.

Дефицит не исчез и после падения монархии. В апреле 1918 года из-за полного отсутствия бензина городской исполнительный комитет направил товарища Черкашина в Баку и Ташкент, чтобы получить топливо непосредственно на месте.

В августе того же года пресса предупреждала о керосиновом кризисе:

В городе назревает керосинный кризис. Керосину осталось крайне незначительное количество, так что если на днях его не будет доставлено, город очутится в темноте. Газета «Власть народа».

Поставки вновь зависели от железной дороги. Управление Самаро-Златоустовской магистрали отказывалось принимать грузы, направлявшиеся из Уфы в Сибирь.

В октябре 1918 года ситуация выглядела почти абсурдно: на станции Челябинск стояли цистерны с керосином, население испытывало острую нужду, но разгружать составы не разрешали. Городская дума была вынуждена ходатайствовать перед правительством о выдаче топлива.

Дороговизна и нехватка керосина ускоряли электрификацию. Осенью 1918 года горожане начали массово переходить на электрическое освещение. Однако жители Пригородной слободы сделать этого не могли: там еще не было линии, к которой можно было подключить дома.

После окончательного установления советской власти кризис достался новой администрации в наследство. Летом 1919 года белые оставили в Челябинске три цистерны нефти и 100 вагонов угля, но значительная часть захваченных запасов и продовольствия, несмотря на огромную нужду на месте, была отправлена в Москву.

Еще в марте 1921 года Челябинск находился в состоянии экономии электричества и топлива.

Керосин и любое машинное масло, пригодное для освещения жилья, приобретали из-под полы, по спекулятивным ценам. Во многих домах коптила лучина. За пучок зеленого лука платили многие тысячи рублей. Деньги были дешевле бумаги. Воспоминания В. Гусарова, 1922 год.

Лишь к середине двадцатых ситуация с продовольствием в городе стабилизировалась.

История нефтепродуктов в старом Челябинске началась вовсе не с автомобилей. Сначала нефть пришла в дома в виде света, затем машинное масло обеспечило работу железной дороги, мельниц и мастерских. Только после этого бензин начал превращаться из аптечного и технического средства в топливо для нового транспорта.

На фото: 1. заправка автомобилей во дворе гостиницы «Сибирские номера» на ул. Уфимской (Кирова), 29.07.1907, из группы ОК «Челябинская старина», реконструкция, 2. документы о снабжении города топливом во время Первой мировой войны, ОГАЧО (Ф. И-3. Оп. 1. Д. 1245), 3-7. продолжение, ОГАЧО (Ф. И-3. Оп. 1. Д. 1185).

По материалам Н. А. Антипина, В. С. Боже, В. Гусарова, А. Б. Гуськовой, Г. Н. Ивановой, В. С. Кобзова, Ю. В. Латышева, В. Г. Семенова, В. А. Шевченко, И. С. Янгировой, а также ОГАОО (Ф. 15. Оп. 1. Д. 196, 257), ОГАЧО (Ф. И-3. Оп. 1. Д. 782, 1099, 1170, 1185).