Пожарные тушили, страховщики платили.

06 октября отмечается День российского страховщика. Хороший повод вспомнить, что страхование в Челябинске появилось задолго до ОСАГО, ипотек и современных страховых полисов.

Главным риском для старого города был пожар. Челябинск XIX – начала XX века оставался преимущественно деревянным: деревянными были жилые дома, лавки, амбары, бани, конюшни и другие надворные постройки. Печное отопление, керосиновые лампы, свечи и плотная усадебная застройка превращали огонь в угрозу, способную за несколько часов уничтожить имущество, накопленное семьёй за десятилетия.

Поэтому вместе с развитием города развивалось и страхование недвижимости. К началу XX века челябинцы уже могли страховать дома и другое имущество от пожара. В городе работали представители страховых обществ, а затем появилось собственное Челябинское общество взаимного от огня страхования.

До наших дней сохранилось даже его отдельное печатное издание – «Российский союз. Челябинское общество взаимного от огня страхования. 1912», выпущенное в 1913 году в типографии Е. Егорова.

Сам принцип взаимного страхования отличался от обычной коммерческой страховки. Владельцы имущества объединялись и совместно создавали фонд, из которого возмещались убытки тем участникам, чьи дома или постройки пострадали от огня. Чем меньше было пожаров и убытков, тем устойчивее оказывалась вся система.

Для Челябинска это было особенно актуально. Даже наличие городской пожарной команды не гарантировало спасения дома. В середине XIX века жалованье рядового пожарного было совсем небольшим: по штату 1853 года – 49 рублей 50 копеек в год. К началу XX века ситуация постепенно улучшалась: в 1904 году пожарный мог получать уже до 180 рублей ежегодно, а брандмейстер – около 600 рублей.

Но дело было не только в численности и оплате пожарных. Воду нужно было доставить к месту возгорания, лошадей – содержать готовыми к выезду, а деревянные здания порой вспыхивали быстрее, чем команда успевала прибыть. Поэтому страхование становилось второй линией защиты: если дом уже невозможно спасти, хозяин хотя бы не оставался совсем без средств.

Страховщики постепенно становились обычной частью городской жизни. Например, фотограф Г. Половников совмещал работу в собственном фотоателье с деятельностью страхового агента общества «Якорь». Страховой представитель в небольшом городе мог быть тем же человеком, к которому горожане ходили фотографироваться или которого ежедневно встречали на Большой улице.

Интересно и само отношение к недвижимости. В старых раскладочных ведомостях подробно оценивались дома, флигели, амбары, бани и другие постройки. Для владельца это было не просто «место проживания»: усадьба представляла значительный капитал. Потерять её при пожаре означало лишиться имущества стоимостью в сотни, а иногда и тысячи рублей.

Так страхование в старом Челябинске возникало из очень понятной необходимости. Пожарная команда пыталась сохранить дом, а страховой полис – хотя бы его стоимость.

Сегодня набор рисков стал значительно шире, но сама идея почти не изменилась: люди по-прежнему платят сравнительно небольшую сумму, чтобы одна крупная неприятность не уничтожила всё накопленное имущество.

На фото: рекламная продукция из Путеводителя по Великой Сибирской железной дороги, 1901-1902 гг.

По материалам Ю. В. Латышева, А. И. Скорикова, Н. М. Чернавского.